Forbes: Лучшие друзья бриллиантов. Кто зарабатывает вместе с алмазным монополистом «Алросой»

Доказанные запасы «Алросы» превышают 600 млн карат. Этого объема достаточно для поддержания текущего уровня добычи в течение 17 лет Фото Andrey Rudakov / Bloomberg via Getty Images
Для «Алросы» 2016 год был богат на события: открытие центра во Владивостоке, приватизация 10,9% акций, отмена экспортной пошлины. Forbes разобрался, как все это сказалось на ее бизнесе

Белое трехэтажное здание на северной окраине Москвы по адресу ул. Смольная, 12, в стиле модерн с виду напоминает большой советский дом культуры. Попасть внутрь этого здания можно только по спецпропуску. Главный вход ведет в просторный холл, в центре которого расположены стеллажи с ювелирными изделиями, а по периметру — небольшие офисы для осмотра драгоценностей. Второй этаж — это производственная зона с семиметровыми потолками: здесь гранят алмазы.

В советские годы в здании на Смольной располагалось производство московского гранильного завода «Кристалл», а сейчас помещение принадлежит ОАО «Алмазный мир» (52,37% — у Росимущества, остальное — у «Алросы» и нескольких миноритариев). В 2002 году под крышу «Алмазного мира» перебрались Гохран, Центральная акцизная таможня, Пробирная палата и таможенный брокер ТБСС. До последнего времени оформить ввоз и вывоз всех видов драгоценных камней и металлов, пройти госконтроль можно было исключительно здесь.

В сентябре 2016-го заработал еще один спецпост — на Дальнем Востоке. «Владивосток логичнее вписывается в структуру торговых отношений между Якутией (центр добычи «Алросы». — Forbes) и Китаем, чем, например, Антверпен», — заявил в сентябре вице-премьер Юрий Трутнев на открытии алмазной биржи во Владивостоке. Трутнев, полпред президента в Дальневосточном федеральном округе, имеет «наивысшее влияние» в «Алросе», рассказывают источники, близкие к акционерам компании. Каждый понедельник президент «Алросы» Андрей Жарков, вступивший в должность в апреле 2015-го, докладывает Трутневу о состоянии дел.

Для компании 2016 год был особенно богат на события: открылся алмазный центр во Владивостоке, прошла приватизация 10,9% акций, была отменена экспортная пошлина на алмазы, готовились совместные проекты в Африке. Forbes выяснял, кто зарабатывает на последних изменениях в «Алросе».

Специальный брокер

Идею развития алмазного кластера в Приморье приписывают Трутневу. Но занимается проектом ТБСС — тот же таможенный брокер, что оформляет алмазы на Смольной, именно ему принадлежит ООО «Евразийский алмазный центр». Компания будет сдавать резидентам кластера площади в аренду, заниматься перевозками, таможенным оформлением и хранением ценных грузов, пояснил Forbes гендиректор Евразийского алмазного центра Евгений Сачков.

Через ТБСС проходит практически весь экспортный поток алмазов, говорит эксперт отраслевого агентства Rough & Polished Сергей Горяинов. Исторически «Алроса», крупнейший экспортер алмазов, эксклюзивно сотрудничает с ТБСС. Это подтверждает человек, близкий к акционерам алмазной монополии. По его словам, стоимость услуг ТБСС не превышает 100 млн рублей в год. Выручка ТБСС за 2015 год составила 1,18 млрд рублей, чистая прибыль — 405 млн рублей, следует из данных СПАРК.

ТБСС в 1990-х годах учредили выходцы из государственной спецсвязи, аббревиатура в названии компании расшифровывается как «Таможенный брокер спецсвязи», рассказали Forbes участники алмазного и логистического рынков. По данным СПАРК, соучредителем ТБСС в 2002 году был Михаил Полетаев, полный тезка которого в конце 1990-х работал первым заместителем начальника Главного центра специальной связи (ГЦСС), а в 2007 году был и. о. начальника ГЦСС. Нынешний основной владелец ТБСС Сергей Хирьяков также выходец из спецсвязи, рассказывают двое его знакомых. В 1999 году якутское информагентство ЯСИА называло Сергея Хирьякова заместителем начальника ГЦСС по международным отношениям и таможенным операциям. Как его компании удалось фактически монополизировать оформление алмазного экспорта?

ТБСС выполняет свою функцию четко, свидетельствует один из участников алмазного рынка: «В тот же день, как [в ТБСС] уходит товар, я получаю документы». Услуги ТБСС обходятся не дороже $2500 на $1 млн стоимости товара (0,25%), отмечает он. ТБСС — один из старейших и крупнейших брокеров, но не единственный, отмечает президент ювелирной компании «Алмаз-холдинг» Флун Гумеров.

Конкурентное преимущество ТБСС дала прописка в «Алмазном мире». Процедуры госконтроля фактически проходят на территории ТБСС, поэтому ценности в обязательном порядке помещаются на склады брокера. Таким образом, брокер может влиять на время оформления грузов и затягивать его, если этот груз везет конкурент, сетует менеджер компании, занимающейся перевозкой драгоценностей. По сути, альтернативы ТБСС нет, ведь его склад — единственное место, где присутствуют контролеры Гохрана (осуществляет госконтроль за оборотом алмазов), объясняет один из конкурентов брокера. Во всем мире таможенными брокерами выступают мировые перевозчики драгоценностей: Brink’s, Malca-Amit, Ferrari. ТБСС же занимается только таможенным оформлением, а для перевозки привлекает сторонние компании. «Это откровенный фарс», — считает президент алмазодобывающего холдинга African Mining Company (AMC) Олег Ханукаев.

Такой подход соответствует мировой практике, отмечает в интервью Forbes руководитель Гохрана Андрей Юрин, например, по аналогичной схеме реализован алмазный центр в Антверпене. Основной владелец ТБСС Хирьяков хорошо знаком с первым заместителем Юрина Андреем Кутеповым, который курирует в Гохране таможню, отмечает его знакомый.

«Алмазный мир» стал прообразом алмазного центра во Владивостоке, говорит представитель «Алросы». Для Минфина появление ТБСС на спецпосту Владивостока стало неожиданностью. «Мы не принимали участия в принятии этого решения, но раз никаких нарушений нет, то пускай», — говорит в интервью Forbes замминистра финансов Алексей Моисеев. ТБСС и «Алроса» договорились об этом после совещания у вице-премьера Трутнева, ответила Forbes пресс-служба алмазной монополии. «С точки зрения «Алросы» чем проще, тем лучше», — поясняет человек из сбытового подразделения алмазной компании.

Двор алмазного короля

Создание алмазного кластера во Владивостоке наделало много шума, констатирует Ханукаев: «Эта красивая история позволила «Алросе» пролоббировать изменения в законодательство». К моменту открытия второго спецпоста по таможенному оформлению вывоза алмазов российские власти сняли ограничения на экспорт крупных алмазов и по договоренности с ВТО отменили экспортную пошлину. «Поражает скорость, с какой принимаются решения», — признает один из участников рынка. По словам собеседника Forbes, они давно зрели в «Алросе», но «реализовались максимально быстро и все сразу». Экспорт алмазов сильно упростился, констатирует Ханукаев.

«Наша цель — увеличить прямую реализацию в Китай и страны Азиатско-Тихоокеанского региона минимум в два-три раза», — рассказал Forbes президент «Алросы» Андрей Жарков. В 2015 году продажи в Китай и Индию принесли «Алросе» 44 млрд рублей, или 20% выручки, следует из МСФО компании. Законодательные инициативы позволят «Алросе» нарастить экспорт алмазов на 20–25%, или примерно на $1 млрд, прогнозирует Ханукаев.

Почти 70% мирового рынка бриллиантов занимают индийские производители. Зачастую они продают ограненные камни на 20–25% дешевле рынка, рассказывает гендиректор смоленского завода «Кристалл» Максим Шкадов: «Им нужны наличные, чтобы закрыть кредит и получить следующий. Иначе им грозит банкротство». И первым резидентом алмазного кластера во Владивостоке стала индийская гранильная компания Shree Ramkrishna Export Private. Индийская группа KGK Diamonds заявила о планах инвестировать до $8 млн в новое производство во Владивостоке. Иностранцы организуют переработку в России только ради льготного доступа к сырью, уверен вице-президент Российской ассоциации производителей бриллиантов Арарат Эвоян. KGK уже попросила у «Алросы» заключить пятилетний контракт (сейчас максимум — три года) и увеличить объем продаваемого сырья. Группа ежегодно закупает у «Алросы» алмазов на $200 млн. В список долгосрочных клиентов «Алросы» входят сразу три компании группы KGK. Так же широко среди клиентов «Алросы» представлены структуры израильского миллиардера и давнего знакомого Трутнева Льва Леваева.

В 2016 году Леваев с состоянием $1 млрд вошел в мировой рейтинг Forbes и занял 15-е место в израильском списке. На сайте LLD Diamonds, управляющей алмазными проектами Леваева, миллиардера называют «алмазным королем», а саму компанию — крупнейшим в мире частным производителем бриллиантов. Компания также указывает, что Леваев «сделал себе имя на том, что потеснил алмазный картель De Beers, самостоятельно заключая сделки с алмазодобывающими странами, такими как Россия и Ангола».

Именно алмазы свели Леваева с Юрием Трутневым. Отношения между ними были деловыми, они хорошо знали друг друга с середины 1990-х годов, когда Трутнев, будучи мэром Перми, побывал в Израиле на производстве Леваева, рассказывает бывший губернатор Пермской области (сейчас Пермский край) Геннадий Игумнов, которого Трутнев сопровождал в той поездке. Пермские чиновники и Леваев договорились тогда создать гранильное предприятие «Кама-Кристалл», ставшее в дальнейшем монополистом по огранке пермских алмазов — близких по качеству к намибийским, утверждает Игумнов. А когда Трутнев занял губернаторское кресло, Леваев получил контроль и над пермским добытчиком «Урал­алмаз». В 2013 году «Уралалмаз» исчерпал запасы и стал банкротом. «Кама-Кристалл» был ликвидирован в 2014 году.

После того как Трутнев стал куратором «Алросы», дела Леваева на российском алмазном рынке пошли в гору. В 2014 году в списке долгосрочных клиентов «Алросы» значилась лишь одна структура миллиардера — московский огранщик «Руиз Даймондс». Спустя год помимо «Руиза» в список вошли LLD Diamonds и якутское ООО «Туналгы», аффилированное с Леваевым. Кроме того, в октябре 2015 года ООО «УралТрансСервис» победило в аукционе на разработку алмазного месторождения в Пермском крае с общими запасами более 1 млн карат. До августа 2013 года компания принадлежала «Уралалмазу», а затем досталась московскому «АВ-Инвест». Его владелец и гендиректор Михаил Медведев возглавляет ГК «Руиз» Леваева и входит в совет директоров его «Московского ювелирного завода». Кроме того, «АВ-Инвест» прописан по одному адресу с ГК «Руиз», совпадают и телефоны.

Жарков подтвердил Forbes, что сейчас среди долгосрочных клиентов «Алросы» значатся три компании Леваева. При этом он отметил, что LLD является долгосрочным клиентом с 2012 года, а «Туналгы» — давний клиент «Алросы» по разовым сделкам. По словам Жаркова, «Алроса» «старается реализовывать в одни руки не более $20 млн в месяц». Каждое из двух российских предприятий Леваева закупает у «Алросы» алмазы на $2–3 млн в месяц, отмечает он. Получается, структуры израильского миллиардера могут иметь доступ к алмазам «Алросы» примерно на $300 млн в год.

Последние лет пять у Трутнева нет никаких отношений с Леваевым, утверждает человек из окружения вице-премьера. А израильский бизнесмен и без Трутнева давно и активно сотрудничает с «Алросой». И это касается не только бриллиантов. В начале 2014 года «Алроса» за $91,5 млн купила 11 000 кв. м в комплексе «Аквамарин» на Озерковской набережной у AFI Development. Эта девелоперская компания принадлежит Леваеву. По сути, жилые апартаменты пришлось переделать в офис, жалуется сотрудник «Алросы». На ремонт ушло почти 2 млрд рублей, следует из данных госзакупок.

Алмазный центр во Владивостоке открыл Леваеву еще один путь к сырью «Алросы». LLD Diamonds стал крупнейшим покупателем на первом аукционе алмазной биржи, скупив почти половину алмазов. Аукционы на площадке Евразийского алмазного центра станут регулярными, говорил Жарков. Знакомство Леваева с Трутневым никак не повлияло на взаимоотношения с «Алросой», а на аукционах нельзя выстроить постоянный бизнес, сказал Forbes гендиректор «Руиз Даймондс» Валерий Морозов. Леваев не ответил на вопросы и отказался от общения с Forbes, передал его представитель.

Тень Керимова

«Если никаких мер принято не будет, мы после 2021 года уйдем в Африку», — ошарашил вице-президент «Алросы» Ринат Гизатулин участников форума «Геологоразведка-2016», состоявшегося в сентябре. Там себестоимость геологоразведки в 14 раз дешевле, чем в России, объяснил он. Налаживать связи с Африкой президент «Алросы» Андрей Жарков ринулся едва ли не сразу после назначения. Всего через два месяца он уже встречался с Мануэлом Висенте, вице­-президентом Анголы, где «Алроса» участвует в нескольких проектах. Вместе с Жарковым в Анголу вылетела целая команда из золотодобывающей компании Polyus Gold, рассказывает источник, близкий к акционерам «Алросы». Контрольный пакет Polyus Gold принадлежит Саиду Керимову, сыну бизнесмена Сулеймана Керимова.

На следующий день после встречи Жаркова с Висенте ангольская пресса сообщила, что «Алроса» запланировала в стране масштабные инвестиции, в частности в проект по разработке алмазного рудника Луаше (Luaxe) общей стоимостью $1 млрд. «Алроса» может получить до 30% в проекте и претендует на запасы до 350 млн карат, рассказал Forbes Жарков. Текущие запасы компании оцениваются в 0,66–1 млрд карат алмазов.

Спустя несколько месяцев был опубликован декрет президента Анголы, из которого следовало, что «Алроса» и ангольская государственная Endiama договорились о запуске Луаше. В числе прочих инвесторов президент Анголы указал Polyus Gold.

Керимов интересовался «Алросой» с 2011 года. Тогда правительство рассматривало вопрос о полной приватизации компании, и Керимов намеревался ее выкупить. У бизнесмена были серьезные амбиции, утверждает федеральный чиновник: «Он хотел не просто конкурировать с De Beers и Anglo American, у него была стройная концепция, как Россия могла доминировать на мировом алмазном рынке». Керимов заручился поддержкой первого вице-премьера Игоря Шувалова, но сделка сорвалась. Глава Якутии Егор Борисов рассказал Forbes, что был против полной приватизации «Алросы» и обратился лично к Путину. Внимание президента на низкую оценку «Алросы» (около $9 млрд) обратил и глава Минфина Алексей Кудрин. В итоге на продажу было выставлено лишь 16% компании. Керимов потерял интерес к сделке и перед IPO продал принадлежавший ему пакет (1%) «Алросы».

О связи Керимова и «Алросы» вновь заговорили после прихода Жаркова. Поводом стало назначение сразу нескольких выходцев из структур Керимова на значимые посты в «Алросе». Сбытовое подразделение компании возглавил бывший топ-менеджер «Уралкалия» Олег Петров, а советником Жаркова по финансам стал выходец из «Нафта Москвы» Андрей Родионов. Жарков в интервью Forbes подчеркнул, что познакомился с Керимовым, уже будучи президентом «Алросы», через гендиректора Polyus Gold Павла Грачева. По его словам, Петрова порекомендовал совладелец «Уралкалия» Дмитрий Мазепин, а на Родионова он вышел сам.

Керимов знаком не только с Жарковым, но, что более важно, и с Трутневым. Они познакомились еще до того, как Трутнев стал полпредом президента в Дальневосточном федеральном округе, указывает человек из окружения вице-премьера. Принадлежавший Керимову «Уралкалий» — один из крупнейших налогоплательщиков Пермского края, а Трутнев «долго сохранял руку на пульсе региона», отмечает экс-депутат Госдумы от Пермского края Виктор Похмелкин.

Керимов стал владельцем «Уралкалия» в 2010 году. Трутнев тогда возглавлял Минприроды и правительственную комиссию по недопущению негативных последствий аварии на руднике «Уралкалия». Через некоторое время советником Трутнева стал Мурад Керимов. Это племянник Сулеймана Керимова, утверждает бывший чиновник Минприроды. В 2013 году Мурад Керимов вслед за Трутневым перешел в администрацию президента, а затем, когда тот был назначен полпредом в Дальневосточном федеральном округе, стал его помощником. В 2016 году Мурад Керимов был назначен замминистра природных ресурсов. Он занял место Рината Гизатулина, который стал вице-президентом «Алросы» и считается креатурой Трутнева. Тесные связи и назначения породили на рынке слухи о планах по слиянию «Алросы» и Polyus Gold. Но обе компании впоследствии переговоры отрицали.

Polyus претендовал на 4% Луаше. Но сейчас компания дистанцировалась от проекта. Его перспективы неясны: Минфин «настороженно» относится к проектам в Африке, говорит Моисеев. Да и отношения между Трутневым и Керимовым испортились, утверждают два человека, близкие к акционерам «Алросы». Поводом могла стать борьба за золотое месторождение Сухой Лог, на которое претендуют обе компании.

Трутнев в интервью Forbes рассказал, что «знаком, наверное, со всеми олигархами, имеющими отношение к природно-ресурсной сфере». Вице-премьер подчеркнул, что хорошо понимает «принцип равноудаленности» и не вмешивается «в тактические дела» «Алросы».

Влияние Керимова на «Алросу» сильно преувеличено, говорят два члена ее набсовета. Минфин внимательно следит за всем происходящим в компании, а представители якутских властей (властям Якутии и улусам принадлежит в сумме 33% «Алросы») придираются ко всему, что кажется им «попыткой других акционеров тянуть одеяло на себя». Егор Борисов сказал Forbes, что Керимов не влияет на принятие стратегических решений в «Алросе». «Мы это четко контролируем», — подчеркнул глава Якутии. На вопросы Forbes, переданные через представителя, Керимов не ответил.

Все для Якутии

В Якутии «Алросы» очень много, рассказывает вице-премьер Юрий Трутнев в интервью Forbes. В домах, в содержании инфраструктуры, в обеспечении теплом и работой. «Для нас это все!» — признавал глава Якутии Егор Борисов в октябре на пресс-конференции в Москве.

В 2015 году компания заплатила в бюджет Якутии 43,3 млрд рублей (77% ее налоговых и неналоговых платежей). «Алроса» также крупнейший работодатель (около 40 000 работников) региона. В 2015 году социальные инвестиции «Алросы» составили 5,4 млрд рублей. Из них 1,7 млрд компания направила на содержание местной инфраструктуры, 2,9 млрд — на благотворительность.

По соглашению с якутским правительством «Алроса» ежегодно перечисляет более 500 млн рублей в Фонд будущих поколений Якутии. Формально эти средства тратятся на социальную инфраструктуру. На деле средства расходуются крайне непрозрачно, отмечают два источника, близких к якутским властям. В 2011 году прокуратура республики выявила, что фонд осуществлял коммерческую деятельность, «не преследующую достижение общественно полезных целей». Например, в 2009–2010 годах фонд выдал разным компаниям займов на 700 млн рублей. После проверки в фонде сменилось руководство. Но, судя по всему, фонд продолжил коммерческую деятельность. Так в конце 2015 года центральная больница города Мирного заключила с ним контракт на покупку 35 квартир за 90 млн рублей, следует из данных портала zakupki.gov. В фонде не стали отвечать на вопросы Forbes.

Исторически менеджмент, находящийся в штаб-квартире «Алросы» в Москве, контролирует сбыт алмазов, а закупки для нужд ее добывающих «дочек» «отданы на откуп якутам», рассказывают два близких к компании источника. Анализ контрактов структур «Алросы» показал, что одним из ее крупнейших подрядчиков является Алексей Павлов. По данным «СПАРК-Интерфакс», начиная с 2015 года аффилированные с предпринимателем компании выиграли более полусотни тендеров на сумму около 4 млрд рублей. Основным заказчиком для структур Павлова выступает «дочка» «Алросы» «Алмазы Анабара». Ее бывший гендиректор Матвей Евсеев, руководивший компанией почти 20 лет, по данным СПАРК в 2007 году владел ООО «АДК» — сейчас крупнейшим среди структур Павлова подрядчиком «Алросы» (заказы более чем на 2 млрд рублей с 2015 года). Павлов — родственник Евсеева, утверждает источник, близкий к якутским властям. Между Евсеевым и Павловым ООО «АДК» принадлежало Ольге Земсковой, ее нынешнему директору. Полная тезка Земсковой фигурирует в документах к некоторым закупкам «Алмазов Анабара» как начальник отдела конкурсных закупок. Еще одним крупным подрядчиком «Алмазов Анабара» является ООО «ГРП-групп» (по данным СПАРК, с 2015 года выиграла три тендера в сумме на 4 млрд рублей). Ее владелец выступал в ТОО «Омега-Орион» партнером человека с такими же, как у Евсеева, фамилией и инициалами. Сын двоюродного брата Евсеева возглавляет ООО «Алмас», которое с 2015 года выиграло более 30 тендеров все тех же «Алмазов Анабара» на 710 млн рублей.

Внутренняя проверка выявила в «Алмазах Анабара» множественные нарушения, рассказывает источник, близкий к компании: сделки с заинтересованностью, непрозрачные закупки, расходование средств. Весной 2016 года Евсеев покинул «Алмазы Анабара» и перешел в «Алросу» в статусе вице-президента по непрофильным активам. Недавно Евсеев и вовсе уволился из компании, писали якутские СМИ, и это подтвердил Forbes сотрудник «Алросы». Телефон Евсеева на звонки не отвечал, его бывший помощник, который обещал передать Евсееву вопросы Forbes, также перестал отвечать на звонки.

Евсеев — профессионал, он «держал компанию в кулаке», рассказывает человек, близкий к «Алмазам Анабара». Его подвело то, что он «вел себя как хан» и не сработался Егором Борисовым, говорит собеседник Forbes. Он стал жертвой собственных политических амбиций, считает источник, близкий к якутским властям.

После ухода Евсеева «Алмазы Анабара» возглавил Павел Маринычев, бывший первый заместитель премьера Якутии Галины Данчиковой, которую Егор Борисов называл «своей верной соратницей». Прошлой осенью Данчикова стала депутатом Госдумы от Якутии и зампредом комитета по стратегическому планированию при набсовете «Алросы».

В закупках «Алросы» тоже обозначились перемены. Год назад Жарков ввел новую должность вице-президента по закупкам и назначил на нее выходца из «Роснефти» и «Газпрома» Александра Паршкова. За год, который прошел с назначения Паршкова, в состав крупнейших поставщиков «Алросы» вошли «дочка» Газпрома «Газэнергосеть ресурс», «Роснефть» и «НГ-Энерго» — подрядчик структур «Газпрома» и «Роснефти».

Удачливые инвесторы

Летом 2016-го Росимущество продало 10,9% акций «Алросы» по 65 рублей, выручив чуть более 52 млрд рублей. В конце ноября капитализация компании составляла 655 млрд рублей (выручка за девять месяцев 2016 года — 256 млрд рублей, EBITDA — 150 млрд рублей). Существенную часть госпакета выкупил РФПИ и его соинвесторы из Азии и с Ближнего Востока. Среди российских покупателей основная доля пришлась на НПФ, но были и family office крупных бизнесменов. Последние «не доминировали», заверил замминистра финансов Моисеев. Керимова среди них не было, уверяют два федеральных чиновника и человек, близкий к «Алросе».

Чиновники и организаторы SPO в один голос твердят, что «сделка превзошла ожидания». Для бюджета — вряд ли: незадолго до размещения даже Трутнев указывал, что цена на дне. «Уровень скепсиса был большой», — признает один из организаторов сделки. По его словам, поначалу против был даже Минфин, хотя деньги от продажи «Алросы» при такой низкой цене на нефть точно не лишние.

Зато не прогадали инвесторы. При покупке они получили 3%-ный дисконт к рыночной цене и 50% прибыли по МСФО в виде дивидендов. Спустя три месяца после SPO акции подорожали более чем на треть, в конце ноября одна бумага «Алросы» на Московской бирже стоила около 90 рублей. Президент AMC Ханукаев считает, что котировки растут на новостях об экспортных перспективах «Алросы». Чтобы продать пакет дороже, логично было бы организовать размещение уже после всех законодательных изменений, недоумевает он.

«Продали дешево? Это болтовня!» — горячится федеральный чиновник. И про снятие ограничений на вывоз крупных алмазов, и про отмену пошлины было известно до SPO, говорит Моисеев. «Никакое событие, о котором публично известно, в момент его реализации не может повлиять на цену бумаг», — считает он. Акции выросли вслед за ценами на нефть и притоком капитала, уверяет замминистра.

Конец огранке

«Алроса» была основным плательщиком экспортной пошлины и получит от ее отмены выгоду. Моисеев оценивает ее размер в 10–12 млрд рублей. «Алроса» не в состоянии продавать на экспорт любые камни, поэтому остатки будут поступать на внутренний рынок по более низким ценам, считает замминистра финансов. «Мы заинтересованы в построении диверсифицированной системы сбыта», — согласен Жарков.

Пока же все происходит наоборот. «Алроса» уничтожает всю гранильную промышленность страны», — говорит Ханукаев. «Задача «Алросы» — добыть и продать», — говорит гендиректор смоленского завода «Кристалл» Максим Шкадов. По его словам, уже в сентябре «Алроса» подняла отпускные цены на алмазы на внутреннем рынке на 8%. Теперь бизнес по огранке алмазов может стать убыточным, ведь и до отмены экспортных пошлин маржа здесь не превышала 1–2%. В результате в самом выигрышном положении будет филиал «Алросы» — ограночная компания «Бриллианты АЛРОСА». «В течение года у них на российском рынке не останется конкурентов», — говорит Ханукаев. Жарков с этим не согласен и приводит в пример рентабельные российские предприятия индийской KGK. Правда, у них есть значительное преимущество перед российскими конкурентами, признает глава «Алросы»: они входят в международную группу с собственными каналами сбыта.

Глава Якутии Борисов признает, что местным огранщикам тоже придется туго, но ради процветания «Алросы» ими можно пожертвовать. Ведь в первую очередь власти заинтересованы «в более устойчивом развитии самой «Алросы». «Все законодательное поле было изменено под «Алросу», — говорит Ханукаев. — Надо констатировать, что теперь они господствуют везде».