Как сообщила вчера газета «Якутск вечерний», 14 сентября в Кобяйском улусе пропали трое членов экипажа теплохода «СК-2021»: 54-летний капитан, 23-летний матрос и 19-летний студент-практикант Жатайского техникума, рулевой-моторист. Они сошли на берег и исчезли. Людей до сих пор не нашли.
Мария М. (имя изменено), мама пропавшего юноши:
— Я не хотела бы называть фамилии и имена. Моему сыну 19 лет, он студент Жатайского техникума. Мы живем в Якутске. Мне сообщили об этом слишком поздно, 16 сентября. Мы приехали в Сангар одновременно со следователями. Полное бездействие со стороны ПАО «ЛОРП»! Я не говорю, что они совсем их не искали, но сейчас активные действия прекращены.
— Что происходит сейчас?
— В принципе, ничего. Я уже писала главе Следственного комитета Александру Бастрыкину, в прокуратуру, полицию, Министерство экологии, транспортную прокуратуру, главе Якутии. Везде идут отписки в Службу спасения и администрацию Кобяйского улуса.
Спасатели прекратили поиски еще 1 октября, то есть моего сына никто не ищет. Якобы в связи с «ухудшением погодных условий». Но можно же было переждать эти погодные условия, когда там шторм день-два был? И дальше продолжить работать. Но спасатели почему-то оттуда выехали. Ни лодки, ни людей нет. Просто бросили искать.
17 сентября Якутский следственный отдел на транспорте Восточного МСУТ СК России возбудил по факту исчезновения уголовное дело по части 3 статьи 263 УК РФ «Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации внутреннего водного транспорта, повлёкшее по неосторожности смерть двух или более лиц».
— А члены экипажа, которых вы видели, что говорят?
— Они тоже какие-то пассивные. Они стояли на берегу Лены в 70 километрах ниже реки Лямпушки. Вечером 14 сентября капитан, мой сын и еще один парень из Омска выехали на моторке на берег. Предположительно, на рыбалку. И все! Больше никакой информации. Жена пропавшего капитана не выходит на связь, еще один пропавший — из другого региона. Мы одни бьем в колокола.
— Вы думаете, это была рыбалка?
— Да, это возможно. Но я уверена, что вечером они должны были вернуться. Старпом говорит, что ждал их утром 15 сентября. Что делать на реке ночью? Я понимаю, были бы белые ночи и тепло. Но почему никто не забил тревогу сразу? Старпом говорит, что сидел и упорно ждал утра. Какой смысл рыбачить ночью?
С «ЛОРП» я вообще не общаюсь, там толку нет. Общаюсь только со следователем, и то вчера сама ездила после опроса, потому то у меня свои вопросы появились дополнительные. Со Службой спасения общаюсь — там одни отчеты, что было сделано. И почему не могли искать дальше, ссылаясь на погодные условия.
— Когда вы общались с сыном?
— 12 сентября, когда они были в Сангарах и шли по течению. А дальше связь телефонная отсутствует. Обсуждали обычные домашние бытовые вопросы. Настроение у сына было прекрасное, про какие-то проблемы и конфликты на теплоходе он не говорил. Мне интересно: зачем «ЛОРП» сразу не дал спасателям информацию о пропаже капитана и двух членов экипажа? Почему вещи сына были уже собраны в сумки и чемодан, когда мы туда приехали с мужем? И почему сожгли его рабочую одежду?
Фото Службы спасения Якутии