×

«Легенды о доякутском населении — фантастика, легенды о Тыгыне — тойонский фольклор» - 2

10:51 - 18.2.2017
«Легенды о доякутском населении — фантастика, легенды о Тыгыне — тойонский фольклор» - 2

Когда-то научная жизнь Якутии бурлила, ученые вели ожесточенные споры, публикации в СМИ следовали одни за другими, и это в самое непростое для страны время. Неделю назад SakhaDay опубликовал материал об историческом споре между ученым Георгием Башариным и его оппонентами, который наглядно характеризует то время. Сегодня публикуем продолжение. Вокруг работ якутского ученого, доктора исторических наук Г.П. Башарина всегда кипели нешуточные страсти. Он исключался из партии, его увольняли с работы, ВАК отнимал степени кандидата и доктора наук. В 1944 году издал книгу “Три якутских реалиста-просветителя”. Споры вокруг этой  работы, написанной автором в молодые годы, не утихали многие годы. *** Исторические легенды и предания якутов постоянно привлекают к себе внимание историков, этнографов и фольклористов. Но, к сожалению, эти произведения все еще не введены в достаточной степени в научный оборот. Опубликованы только лишь их пересказы и сюжеты. Еще до начавшегося обсуждения против опубликования исторического фольклора якутов выступил бывший сотрудник Института ЯЛИ Г. Башарин, не справившийся с заданием отбора исторических легенд, хранящихся в рукописном фонде ЯФАН, для их опубликования. В поданном заявлении Г. Башарин сделал попытку представить якутский фольклор как ряд вредных, реакционных тойонских произведений. Легенды о доякутском и неякутском населении Якутии он объявил фантастическими и бессмысленными выдумками, а легенды о первых якутских переселенцах на р. Лену и легенды о Тыгыне и родоначальниках отдельных наслегов и улусов охарактеризовал тойонским фольклором. На Ученом Совете Г. Башарин повторил эти утверждения. *** Кандидат исторических наук И. Гурвич остановился на легенде о «волосатых людях». Эта легенда бытует среди коренного населения Севера и Сибири от Енисея до Индигирки и привлекла к себе внимание историков. В этой легенде обычно рассказывается, как охотник-эвенк, эвен или якут около берега моря встречает заросшего волосами человека, тайно идет за ним по следу на остров или на берег моря и находит там волосатых людей. По мнению проф. Окладникова- эта древняя легенда о хозяев леса с наслоениями элементов различного происхождения, в которой отразились реальные черты быта аборигенного населения Арктики - палеоазиатов. Существуют и другие мнения, что эта легенда представляет  собой отражение реальных связей, существовавших между эвенами и айнами, аборигенным населением Сахалина и Курильских осторовов. Легенды о людях с «шитыми лицами» находят подтверждение в документах, приводимых в Актах архивов Якутской области, изданных К.Д.Стреловым. В 1729 г. специальным указом дворянину Дмитрию Кычкину было приказано выслать из Якутского воеводства четыре семьи шаманов и «шитых рож» (татуированных) к царскому двору. По распоряжению якутской воеводской канцелярии три человека с «шитыми рожами» были взяты из Верхневилюйского зимовья от тунгусов (эвенков) Фугляцкого рода. Характерно, что легенды о «шитых лицах» бытуют именно на Вилюе. *** Столь же ценны предания о маятах и дьураак-омуках. Как известно, «маят» - одно из наименований вадеевских нганасан. В XVII-XVIII в.в. вадеевские нганасаны кочевали около оз. Есей и заходили на р.Оленек. Что касается юраков (дьурааки) , то это одно из племен ненцев. Несомненный интерес представляют для историков и этнографов встречающиеся в этих легендах упоминания о тотемических пережитках, о свадебных обрядах и древних обычаях. Сопоставление якутских исторических легенд с письменными источниками и этнографическими данными показывает, что из них не так трудно извлечь зерно истины. Очевидно, Г.Башарин, утверждая, что якутские предания о доякутском и неякутском населении на Лене – «бессмысленные выдумки», не знаком с соответствующими историческими источниками. И. Гурвич присоединился к предложениям товарищей Токарева и Окладникова опубликовать наиболее ценные якутские исторические легенды и предания. Кандидат филологических наук Г.Эргис в своем выступлении обратился к легендам о переселении на Лену легендарных первопредков якутов Омогоя, Элляя и Уллу Хоро. Легенды о них бытуют во всех центральных и вилюйских районах Якутии. Упоминания об этих легендах встречаются у русских исследователей XVIII в. (Г.Миллер, И.Фишер, И.Линденау). Эти легенды публиковались этнографами В.А.Приклонским, В.Л.Серошевским, Э.К.Пекарским, Е.Ярославским. Содержание легенд об Омогое, Элляе и Уллу Хоро свидетельствуют о переселении предков якутов с юга. Таким образом, якутские легенды подтверждают мнение ученых-лингвистов и историков о южном происхождении якутского народа. Тов. Эргис остановился на идейном содержании легенд об Омогое и Элляе, указав, что Элляй рисуется всегда как бедняк-труженик. Элляй прорубает окно в темном жилище Омогоя и делает отверстие в потолке для выхода дыма от очага, устраивает летний хлев и изгородь. По легендам, бедняк Элляй вместе  со своей женой строит себе берестяную урасу, жилище лучшего типа,  чем землянка Омогоя. Впервые он разводит дымокур, спасающий скот от комаров и мошек. Элляй изобретает берестяную посуду и узорные чороны. Он впервые приготовляет кумыс. Таким образом, Элляй выступает как культурный герой. Народ в своих легендах наделил образ Элляя (фольклорный образ) лучшими моральными качествами благородного труженика, незлобивого человека, т.е лучшими качествами характера трудящихся, создавших материальные и духовные ценности народа. Нападки Г.П.Башарина на эти легенды, как на тойонский фольклор, не обоснованны. *** В текстах, собранных С.И.Боло, встречаются отдельные предания, которые отражают влияния идеологии тойонов и баев. Некоторые тойонские сказители идеализируют образ Тыгына, изображая его великаном, один глаз которого весил около 30 фунтов, «Тыгын отмахивался от пуль шапкой» - наивно рассказывают сказители. В преданиях Тыгын выступает как жестокий эксплуататор. Он эксплуатирует бедняка Батас Мелдьюкана, а затем хочет его убить, но тот уходит от него. Детоубийце, насильнику, богатому и коварному Тыгыну народ в своих преданиях по контрасту противопоставляет бедняков, которые превосходят его и физической силой и моральными качествами. Легенды и предания о периоде «кыргыс үйэтэ» (век войн), к которым отнорсится и легенда о Тыгыне, показывают обстановку в Якутии до присоединения к России, раскрывают картину межродовых войн, истощавших материальные и духовные силы народа. Эти легенды и предания дополняют многие документы XVII-XVIII столетий. В преданиях встречаются рассказы о действиях лиц, имена которых упомянуты в документах, например, о намских князцах Мымаке и Нике, борогонском князце Логуйе, о ботурусском Омолдоне и т.д. Родословные таблицы (фольклорные) часто совпадают с данными легенд и преданий. Частичные расхождения родословий одних и тех же лиц у различных сказителей вполне понятны для устных источников. Исторические легенды, предания и родословия  якутов были частично использованы в I-ом томе «Истории Якутии» (прошлое Якутии до присоединения к Русскому государству), написанном А.Окладниковым, в книгах «Общественный сторй якутов в XVII-XVIII в.в.», «Очерки истории якутского народа» С.Токарева. «Из истории Якутии XVII в.» О.В.Ионовой и в других . В рукописном фонде имеется около пятидесяти записей преданий и рассказов, собранных С.И.Боло и другими собирателями, о якутских тойонах  и баях, как, например, о богачах-самодурах Додоре-Кардашевском, Старостине, по прозвищу Грозный, и т.д. Эти тойоны, как описывается в преданиях, бесчинствовали в своих наслегах и улусах, издевались над трудящимися. Таким образом, якутские легенды не прославляют тойонов, как полагает Г.Башарин. Исторические легеды и предания якутов, в том числе и собранные С.И.Боло, заслуживают опубликования. Несмотря на сложность и противоречивость идейной направленности, они имеют познавательноезначение и могут служить одним из ценных источников по истории якутского народа. *** Для разбора заявления, поданного Г.П.Башариным-о прочности якутского исторического фольклора, Президиумом Якутского филиала АН СССР была создана специальная комиссия, на результатах работы комиссии остановился П.П.Барашков. Члены комиссии (Эргис, Гурвич и Барашков) ознакомились с заявлением,  а также с фольклорными материалами, собранными С.И.Боло,- 132 ед.хранения, 5347 л., личным архивом собирателя (71 ед.хранения). В процессе работы комиссии пришлось провести большую работу по систематизации рукописного наследства С.И.Боло. Изучение материала не подтвердило выводов Башарина о том,  что все легенды имеют тойонскую направленность. Например, обзор хранящихсяв рукописных фондах легенд о Тыгыне показал, что только отдельные легенды из этого цикла отражают идеологию тойонов; в них восхваляются военные походы Тыгына; в большинстве вариантов Тыгын выступает как насильник, а походы его рисуются как грабительские. Не подтверждается и утверждение Г.Башарина о том, что С.И.Боло собирал фольклор от тойонов, баев и кулаков. Ознакомление с записями С.И.Боло показало, что он записал легенды и предания от 340 лиц. В центральных районах Якутии С.И.Боло собирал  материалы в 1920 году и в период коллективизации. Он тщательно фиксировал социальную принадлежность сказителей. В этих районах из 89 сказителей только 8 человек принадлежали к нетрудовым элементам. Г.Башарин огульно причислил всех сказителей к «светским  и духовным угнетателям трудящихся» и более того – к «врагам народа». Комиссия также осудила попытку опорочить устное творчество якутского народа на том основании, что один из собирателей фольклора С.И.Боло был сыном улусного головы. Этот факт собиратель никогда не скрывал. Сопоставление легенд, собранных С.И.Боло, с фольклорными материалами Ястремского, Пекарского, Ем.Ярославского и др. собирателей показывает объективность С.И.Боло, как собирателя. Поэтому нет никаких оснований для того, чтобы приписывать творчество якутского народа собирателю фольклора С.И.Боло, как это пытался делать Г.Башарин. Комиссия в своих выводах подчеркнула, что С.И.Боло тщательно паспортизировал материал, снабжал собранные легенды необходимыми примечаниями, нередко составлял биографию сказителей и давал перечень его репертуара. Таким образом, он соблюдал общеизвестные правила по технике записи фольклора. Комиссия пришла к заключению, что якутские исторические предания и легенды, в том числе предания и легенды, собранные С.И.Боло, следует печатать как и всякий фольклорный материал после критического отбора. Комиссия указала на крупные ошибки Г.Башарина по вопросам исторического фольклора, отметила, что Г.Башарин в своем заявлении не только не исправил своих ошибок, но еще более усугубил их. В постановлении бюро Якутского обкома партии от 6 февраля 1952 года указано, что Г.Башарин «крайне обеднял дореволюционную якутскую национальную культуру», «умалял богатство якутского фольклора». Г.Башарин не только остался на этих же позициях, но пытается очернить и сбросить со счетов богатый якутский фольклор. *** Сотрудники Института ЯЛИ И.Пухов, Н.Канаев, В.Чемезов, Л.Харитонов в своих выступлениях осудили попытки Г.Башарина представить якутский фольклор и фольклорные материалы, собранные С.И.Боло, в искаженном виде. И.Пухов, дав обстоятельный анализ основных видов якутских исторических легенд и преданий, указал, что в своем заявлении Г.Башарин игнорирует действительное содержание легенд, что он также свободно обращатся с фактами, как и в своих работах, уже осужденных общественностью. Вредное влияние на якутскую советскую литературу, оказанное его книжкой «Три якутских реалиста-просветителя», он в своем заявлении пытается подменить вредным влиянием Боло (?!). При этом Г.Башарин не постеснялся приписать газете «Правда» мысль о том, будто бы старый якутский фольклор оказал вредное  влияние на якутскую советскую литературу. В.Чемезов отметил, что Башарин полностью отрицает народность якутского фольклора и его значение, как исторического источника. В своем заявлении Башарин представил, - сказал он, - не настоящего Боло – рядового собирателя фольклора, скромного труженика, а какого-то ученого фольклориста, идеолога тойонов, оказавшего влияние на идеологический фронт, сбившего с пути не только его, Башарина, но и его друзей и его противников. Все это не имеет ничего общего с фактами. Кандидат филологических наук Л.Харитонов присоединился к мнению комиссии о заявлении Г.Башарина и подчеркнул, что вместо исследования фактов Г.Башарин пытается вновь жонглировать отдельными цитатами, подтасовывает и передергивает факты. Н.Канаев, присоединившись к предыдущим выступавшим товарищам, отметил, что Г.Башарин под видом критики литературного наследства С.И.Боло пытается обелить себя, он игнорирует постановление бюро Якутского обкома партии лт 6 февраля 1952 г. Так, например, он теперь утверждает, что пороком творчества Кулаковского, Софронова и Неустроева является то, что эти писатели были тесно связаны с реакционной струейстарого фольклора, тогда как в постановлении бюро Якутского обкома указывается, что произведения этих писателей связаны реакционными интересами национальной буржуазии. Подводя итоги обсуждения, директор Института ЯЛИ  З.Гоголев отметил, что в ходе обсуждения были высказаны чрезвычайно интересные мысли по  вопросам, связанным с историческим фольклором  якутского народа. В ходе обсуждения еще раз выявились антинаучные методы работы Г.Башарина и еще раз подтвердилось, что он стоит на позиции субъективизма и продолжает фальсифицировать факты, вульгаризирует марксизм-ленинизм, поприрает научную объективность и добросовестность. З.Гоголев выразил уверенность, что сектора Института справятся с подготовкой якутских исторических легенд и преданий к печати. Ученый Совет Института ЯЛИ осудил необоснованные попытки Г.Башарина представить якутский исторический фольклор в искаженном свете и обвинить в буржуазном национализме большое число историков,  фольклористов и литераторов. Из книги «Ученые записи». Вып.2-Якутск, 1955.с.100-111. К публикации подготовил Рожин Лазарь

Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Комментарии
Загрузка...