×

Парень со станции Зима

11:19 - 27.8.2019 / 207 просмотров
Парень со станции Зима

После сталинградской битвы в армию стали призывать семнадцатилетних. Войска остро нуждались в пополнении резервов. Так и попал на службу в ноябре 1944-го Петр Конкин. День Победы встретил на границе с Маньчжурией. Но его боевые столкновения с врагом были еще впереди.

 – Я спал на чердаке, когда мама разбудила нас с братом и сообщила, что началась война с немцами. В школе нас сразу начали учить военному делу, – рассказывает Петр Кириллович.

В 1942 году в армию ушел двоюродный брат Евгений, который сразу попал под Сталинград. Отца тоже мобилизовали. В 1944-м призвали с Зимы и самого Петра – ему исполнилось всего 17 лет.

Боец Петр Конкин на фоне знамени полка
Боец Петр Конкин на фоне знамени полка

Не поели риса самураи

– Попал в артдивизион 9-го стрелкового полка Забайкальского военного округа. Конечно, мечтал о Западном фронте, но меня отправили, наоборот, в Монголию поближе к Маньчжурии, оккупированной японцами. Боевые действия для нас начались как известно 9 августа 1945 года. Наш полк преодолел безводные степи и знаменитый Хинганский хребет. Мы изнывали от жары. Но все эти трудности преодолели без потерь.

В Маньчжурии находилась одна из самых боеспособных и многочисленных японских армий – Квантунская.

Со всеми подразделениями и войсками союзного Маньчжоу-Го она насчитывала более миллиона солдат. При этом армия воевала уже не один год против китайских войск и партизан.

Сопротивление на границе было сломлено 6-й танковой армией, за ней шла пехота. Эффект неожиданности был полный – когда советские солдаты вошли в японские казармы, рис, приготовленный самураями, как говорится, еще не успел остыть.

Камикадзе не сдавались

После этого Петр Конкин вместе со своим подразделением освобождал небольшие города и деревни уже в глубине Маньчжурии. Каждый из них японцы обороняли чуть ли не до последнего солдата. Особенно упорные бои проходили за город Хайлар, где было много укрепленных позиций. Японские многоярусные доты не поддавались снарядам. Их сначала бомбила авиация, потом «Катюши», а уже затем работали пушки. «Весь город горел, наши войска взяли очень много пленных», – рассказывает ветеран.

Далее пробивались в центральные районы Северо-Восточного Китая. 14 августа император Японии Микадо перед лицом неминуемого военного поражения обратился к главнокомандующему Квантунской армии прекратить боевые действия. Но вражеские войска продолжали оказывать ожесточенное сопротивление, впоследствии выяснилось, что приказ командованию Квантунской армии о прекращении боевых действий так и не был отдан.

Особую опасность представляли диверсионные группы смертников, которые пытались ценой своей жизни уничтожить советских офицеров, подорвать себя в группе солдат или у бронетехники, грузовиков. Только с 19 августа японские войска в Маньчжурии прекратили сопротивление и стали складывать оружие. Но бои на Сахалине и Курильских островах продолжались до конца августа.

Маньчжурия. Советские воины в Харбине на берегу реки Сунгари /Фотохроника ТАСС
Маньчжурия. Советские воины в Харбине на берегу реки Сунгари /Фотохроника ТАСС

Советские воины-освободители

Как известно, в плен сдались около 600 тысяч, погибло около восьмидесяти тысяч японцев. Советские войска потеряли чуть более двенадцати тысяч солдат. О своих противниках Конкин отзывается уважительно: «Японец – вояка будь здоров! Это были сильные, хорошо подготовленные солдаты. Мне приходилось встречаться с пленными японцами, почти год с ними общались, они даже немного выучили русский язык…».

На этом служба Петра Кирилловича не закончилась, еще около года его часть находилась в Китае. В первое время занимались поиском партизан, а потом помогали китайцам восстанавливать жизнь в городах и селах.

Вообще, советских воинов местные жители встречали как освободителей. Часто приглашали в гости – угощали своими национальными блюдами. Китайцы очень боялись японцев. Ветеран вспоминает, что когда они захватили первую японскую часть, то нашли много вещей, оставшихся от самураев. Солдаты хотели отдать местным жителям одежду, так как те ходили в рванье, но те настолько боялись, что японские солдаты вернутся, и ничего не взяли.

Прослужил восемь лет

Вскоре полк вернули в Монголию на постоянную дислокацию. Все солдаты и офицеры получили благодарности от Сталина. Молодого солдата и его товарищей наградили медалями «За победу над Японией».

И вот тут, как считает Конкин, его жизнь пошла по другому сценарию. Еще в школьные годы он увлекался стихами. Не бросил это дело и на службе. Отправил несколько стихотворений в газету «Героическая красноармейская» – орган 17-й армии ЗабВО. Напечатали. Затем пошли публикации в «Советском летчике» – газете 45-й Воздушной армии, где он служил после окончания авиатехнической школы.

Тогда уже думал посвятить себя после службы газетному делу. Но на гражданку ребят 1927 года рождения отпустили только в 1952-м. Потому что на Дальнем Востоке сохранялась напряженная международная обстановка. А тут еще в 1950 году разразилась война на Корейском полуострове.

«Байки» Конкина

Возможно, на службе Петра продержали бы еще дольше, но, когда он сказал, что поедет в Якутию – отпустили. Так он поступил по совету однополчанина Романа Кычкина, который нахваливал свой родной северный край.

Добрался поездом до Большого Невера. Оттуда на грузовике до Алдана, дальше в Якутск не поехал, так растрясло парня по дороге. Сразу пошел в райком комсомола, где фронтовику, по его мнению, должны были помочь с работой. А там, принявший его секретарь комитета, прочитав армейскую характеристику, уговорил солдата взяться за комсомольскую работу. Год отдал молодежной организации Петр, и опять же писал в газеты. Его заприметил редактор «Алданского рабочего» и пригласил на штатную должность.

Корреспондент «Алданки» за работой. 1954 г.
Корреспондент «Алданки» за работой. 1954 г.

Спустя два года ему позвонил тогда редактор объединенной редакции газет «Эдэр коммунист» – «Молодой коммунист» Иван Александрович Аргунов и уговорил стать собкором по Южной Якутии. Его корпункт размещался в Чульмане. Со временем законтачил с заместителем редактора Иваном Спиридоновым, который охотно ставил в номер его «байки» о жизни молодежи региона.

В Якутск же перебрался по приглашению республиканского радиокомитета. Примерно в то же время стал одним из первых членов только что созданного Союза журналистов Якутии.

Годы идут и сейчас Петр Кириллович остался единственным ветераном Великой Отечественной войны в нашей профессиональной творческой организации.

 Сибирский краевед

Сегодня Петр Кириллович Конкин известен не только как журналист и поэт с многолетним опытом, но и историк-краевед. Его статьи, книги и стихи о Якутске, особенно прошлом старинного сибирского города, не оставляют равнодушными читателей. Он – председатель Клуба старожилов Якутска, ведет неустанную пропагандистскую краеведческую деятельность. Его публикации не раз появлялись на страницах республиканской прессы в течение 50 лет. Его материалы публикуются и за пределами Якутии.

Георгий СПИРИДОНОВ, Sakhaday.ru

Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Комментарии
Загрузка...